Морские учения Will For Peace 2026 завершились

Морские учения «Воля к миру 2026»: первые маневры БРИКС+ завершились дипломатическим скандалом

У берегов ЮАР 16 января завершились беспрецедентные военно-морские учения «Воля к миру 2026» — первые совместные маневры в формате расширенного объединения БРИКС+, которые были омрачены острыми выпадами в адрес Ирана.

Масштаб и состав сил

Недельные учения, проходившие 9-16 января в акватории залива Фолс-Бей у военно-морской базы Саймонстаун близ Кейптауна, объединили корабли пяти государств под оперативным командованием ВМС НОАК Китая. В активной фазе маневров приняли участие эсминец с управляемыми ракетами «Таншань» (Hull 122) и судно снабжения «Тайху» (Hull 889) из состава 48-й китайской эскортной эскадры, российский корвет «Стойкий» (F545) Балтийского флота с танкером «Ельня», южноафриканский фрегат SAS Amatola и патрульный корабль SAS King Adam Kok III, а также корвет ОАЭ «Бани Яс».

Три иранских корабля — корвет IRINS Naghdi, база-корабль Makran и экспедиционная база Shahid Mahdavi — стали источником скандала, который омрачил всё мероприятие. Бразилия, Египет, Эфиопия и Индонезия присутствовали в качестве наблюдателей.

Программа учений

Маневры прошли под девизом «Совместные действия по обеспечению безопасности судоходства и морской экономической деятельности». Портовая фаза 9-12 января включала церемонию открытия, посещение кораблей, профессиональный обмен опытом и культурные мероприятия. В морской фазе 13-15 января корабельные группы отработали задачи по связи, маневрированию в строю, ударам по морским целям, освобождению захваченных судов и вертолётной медицинской эвакуации. Формальное закрытие состоялось 16 января.

Командир объединённого оперативного штаба ВМС ЮАР капитан Ндвакхулу Томас Тхамаха охарактеризовал учения как нечто большее, чем рутинную военную тренировку: «В усложняющейся морской обстановке подобное сотрудничество не факультативно — оно необходимо».

Иранский инцидент

То, что задумывалось как демонстрация растущего военного сотрудничества БРИКС+, быстро переросло в дипломатический кризис. Президент ЮАР Сирил Рамафоса распорядился, чтобы Иран участвовал в учениях только в качестве наблюдателя, и министр обороны Энджи Моцхекга заявила, что «чётко довела инструкцию до всех заинтересованных сторон».

Однако 13 января, когда начиналась морская фаза, корвет IRINS Naghdi был замечен покидающим Саймонстаун вместе с другими боевыми кораблями. Национальные силы обороны ЮАР (SANDF) опубликовали в Facebook сообщение, перечислив Naghdi среди активных участников морской фазы. Публикация была быстро удалена, но скриншоты уже разошлись по СМИ.

Директор African Defence Review Даррен Оливье резко отреагировал на инцидент: «Иран явно решил игнорировать пожелания президента ЮАР в южноафриканских же водах, выведя Naghdi в море. Одна часть южноафриканского правительства сообщает СМИ и другим странам, что Иран вышел из учений, в то время как SANDF продолжает действовать так, будто ничего не изменилось».

Резкая реакция США

Посольство США в Претории отреагировало незамедлительно и жёстко. В заявлении от 15 января говорилось: «Соединённые Штаты с озабоченностью и тревогой отмечают сообщения о том, что министр обороны и SANDF не выполнили правительственный приказ относительно участия Ирана. Иран — дестабилизирующая сила, и его участие в совместных учениях — в любом качестве — подрывает морскую безопасность и региональную стабильность».

Посольство особо подчеркнуло: «Особенно недопустимо, что ЮАР приветствовала иранские силы безопасности при подавлении внутренних протестов. ЮАР не может читать миру лекции о “справедливости”, одновременно заигрывая с Ираном».

Расследование и политические последствия

15 января министр обороны Моцхекга учредила Совет по расследованию (Board of Inquiry) для выяснения обстоятельств дела. Перед советом поставлена задача «установить, были ли инструкции президента искажены и/или проигнорированы», и представить доклад в течение семи дней после завершения учений.

Запланированный брифинг для прессы на борту фрегата SAS Amatola был отменён, что ещё больше усилило впечатление закрытости и хаоса в коммуникациях властей.

Демократический альянс (DA) — вторая по величине партия в парламенте и официальная оппозиция, придерживающаяся про-западных взглядов — потребовала немедленных разъяснений в парламенте. Представитель партии по вопросам обороны Крис Хаттинг заявил: «В основе этого вопроса лежит гражданский контроль над военными. Если прямая инструкция президента не была исполнена немедленно, или если более ранние публичные заявления высшего военного руководства создали двусмысленность или сопротивление, это указывает на опасный провал командной дисциплины и подотчётности».

Экономические риски

Инцидент произошёл в крайне неблагоприятное время для южноафрикано-американских отношений. Учения совпали с обсуждением в Конгрессе США продления Закона о росте и возможностях для Африки (AGOA), предоставляющего африканским странам беспошлинный доступ к американскому рынку. Южноафриканские официальные лица опасались, что участие Ирана в учениях может поставить под угрозу продление AGOA, от которого зависят тысячи рабочих мест в автомобильной, сельскохозяйственной и текстильной отраслях.

Отсутствие Индии

Показательным стало отсутствие Индии, которая в 2026 году председательствует в БРИКС. Министерство иностранных дел Индии официально заявило: «Мы уточняем, что рассматриваемые учения были полностью южноафриканской инициативой, в которой приняли участие некоторые члены БРИКС. Это не была регулярная или институционализированная деятельность БРИКС, и в ней приняли участие не все члены БРИКС».

Представитель МИД Рандхир Джайсвал подчеркнул, что Индия не участвовала в подобных мероприятиях ранее, а регулярным форматом морского сотрудничества для Нью-Дели остаются учения IBSAMAR (Индия-Бразилия-ЮАР), последние из которых прошли в октябре 2024 года.

Аналитик Observer Research Foundation Харш Пант объяснил позицию Индии балансированием отношений с США: «Эти учения помогают (формировать нарратив) о позиционировании vis-à-vis США для Китая, России, Ирана и в определённой степени ЮАР. Индия предпочла бы не быть связанной с военными играми БРИКС. Это не то, что Индия может продвигать — ни прагматически, ни нормативно».

Стратегический контекст

Китайский военный обозреватель Вэй Дунсюй назвал район Саймонстауна «морским транспортным узлом, соединяющим Атлантический и Индийский океаны», и подчеркнул, что учения направлены на демонстрацию способности стран БРИКС «поддерживать безопасность судоходства в этом жизненно важном морском районе».

Учения «Воля к миру 2026» стали преемниками трёхсторонних маневров Mosi, проводившихся Китаем, Россией и ЮАР в 2019 и 2023 годах. Переименование и расширение состава участников до формата БРИКС+ ознаменовало качественный сдвиг — от двусторонних отношений к многостороннему военному сотрудничеству внутри экономического блока, которые США рассматривают как потенциального геополитического конкурента.

Однако внутренние противоречия БРИКС+ оказались серьёзнее, чем ожидалось. Отсутствие Индии и Бразилии (последняя присутствовала только как наблюдатель), иранский скандал и жёсткая критика со стороны южноафриканских оппозиционных партий продемонстрировали, что трансформация экономического объединения в альянс с военным измерением сталкивается со значительными препятствиями.

Первые совместные военно-морские учения БРИКС+ завершились с неоднозначными результатами. С военно-технической точки зрения маневры прошли по плану и продемонстрировали способность разнородных флотов координировать действия. Однако политические издержки оказались высоки: дипломатический разрыв с США углубился, возникли вопросы о соблюдении командной вертикали в южноафриканских вооружённых силах.

Назначенное расследование может дать ответы на вопрос, были ли нарушены приказы президента Рамафосы, но более широкий вопрос о том, может ли ЮАР продолжать балансировать между усиливающимся западным давлением и углубляющимися связями с Китаем, Россией и Ираном, остаётся открытым. Страна оказалась перед сложным выбором в условиях глобальной геополитической поляризации.

 

Фото: Dean Wingrin